Бизнес, у которого забрали дорогу: как новый закон бьёт по долгам кикшеринга

8 июля 2026

Разбор Invest Hub: с 25 августа самокатам закрывают тротуары. Считаем на цифрах Jet, как компания с облигациями на 3 млрд под 20,75% и долгами 5,4 млрд переживёт падение выручки и какое решение стоит перед топ-менеджментом кикшеринга. Источники приложены.

Последние пару дней ловлю себя на том, что самокатов в городе стало заметно меньше. И сам на них ездить перестал.

Пока пешеходы радуются, что по тротуару снова можно идти спокойно, у кикшеринговых компаний под ногами качнулась вся бизнес-модель. Потому что забрали у них не тротуар. Забрали клиента, а долги оставили.

4,6 млрд ₸: выручка Jet за полгода
20,75%: ставка по облигациям на 3 млрд
5,4 млрд ₸: обязательства Jet, плюс 52%
25 августа: тротуары закрывают

Что именно поменялось

С 1 июля 2026 каждый прокатный самокат получил регистрационный номер, чтобы камеры автоматически ловили нарушителя. Пользователю оформили обязательное страхование гражданской ответственности. А кикшеринговым компаниям вменили следить за скоростью и геолокацией, автоматически резать скорость в зонах, бороться с хаотичной парковкой и передавать данные в полицию.

Дальше жёстче. По тротуару пока ещё можно, но со скоростью не выше 6 км/ч, это медленнее быстрого шага. А с 25 августа тротуары и пешеходные дорожки закрывают вообще. Ехать останется по велодорожке, а если её нет, по правому краю проезжей части. И вот ключевое: по проезжей части разрешено только лицам старше 18 лет, с водительскими правами любой категории и в шлеме. Штраф за тротуар 2 МРП, это 8 650 тенге.

Толчок дал сам президент. 8 сентября 2025 года Токаев заявил, что самокаты представляют угрозу обществу, и цифры его правоту не опровергают. За январь-август 2025 года в ДТП с электросамокатами ранены 173 человека, в 2,5 раза больше, чем годом ранее, около половины несовершеннолетние. В Алматы за 2025 год зарегистрировали 386 ДТП с самокатами, пострадали больше 400 человек, один погиб. С точки зрения пешехода закон давно назрел. А теперь посмотрим на него с точки зрения человека, который в этот бизнес вложил деньги.

Почему это бьёт именно по деньгам

Юнит-экономика кикшеринга держится на одной простой вещи: короткая поездка по тротуару в плотном центре. Человек выходит из метро, хватает самокат, десять минут до офиса, бросил. Ему не нужны права, не нужен шлем, не нужно лезть в поток машин. Именно эта лёгкость и делает самокат массовым: чем ниже порог входа, тем больше поездок, а кикшеринг зарабатывает поминутно, на объёме.

Теперь по каждому пункту нового закона проведите красную черту. Тротуар закрыли, значит короткой прогулочной поездки больше нет. Права обязательны, значит отсекли всех, у кого их нет, а это огромный пласт студентов и подростков. Шлем обязателен, а кто возит с собой шлем ради самоката на десять минут. Проезжая часть, значит надо ехать в потоке машин, а на это готов далеко не каждый, кто спокойно катил по тротуару.

Получается, закон не подкрутил правила. Он вынес за скобки самого массового клиента: случайного самокатчика без прав, шлема и желания ехать по дороге. А это и есть основа выручки.

Что у Jet с деньгами

Чтобы понять масштаб удара, посмотрим на лидера рынка. Jet это казахстанская компания, и её отчётность опубликована на бирже AIX, так что цифры не из воздуха.

Верхний этаж выглядит здорово. Выручка за январь-июнь 2025 года почти 4,6 млрд тенге, рост 77% год к году. Чистая прибыль 374,5 млн тенге, плюс 27,5%. Но дальше начинается то, о чём в пресс-релизах пишут мелким шрифтом. Себестоимость услуг за год удвоилась, с 1,53 до 3,06 млрд тенге. Валовая прибыль в итоге 1,5 млрд. Активы выросли до 8,6 млрд, а обязательства сразу на 52%, до 5,4 млрд.

То есть из 8,6 млрд активов больше половины это чужие деньги. Компания росла не только на своей прибыли, она росла в долг, и это нормально для стадии захвата рынка. Ненормально становится тогда, когда рынок из-под тебя убирают.

Долг, который не спрашивает про закон

Вот здесь самое интересное, и это то, что легко упустить, глядя только на прибыль. Jet активно занимал на бирже, и заём этот вполне конкретный.

В мае 2025 года компания разместила зелёные облигации на 3 млрд тенге под 20,75% годовых, а деньги пошли ровно на закупку новых самокатов и батарей. Погашение этого выпуска в декабре 2026 года, то есть уже в этом году. Часть купона субсидирует фонд «Даму», так что реальная нагрузка мягче, но тело долга в 3 млрд надо вернуть или перезанять целиком. Плюс к этому у группы есть зелёные облигации на 10 млн долларов под 10% с погашением в апреле 2029.

Сложите картинку. Компания заняла дорого и под конкретную вещь, покупку парка, в расчёте, что этот парк будет крутиться и приносить поминутную выручку. А новый закон бьёт ровно по тому, ради чего брали деньги: по числу поездок. Купон и тело долга не зависят от того, сколько человек сегодня проехало. Их надо обслуживать при любой выручке.

Долг брали под растущие поездки. Поездки закон обрезал, а график погашения остался прежним. Вот в этом зазоре и живёт весь риск.

И момент выбран для компании максимально неудачно. Погашение выпуска на 3 млрд приходится на конец 2026 года, аккурат после того, как с 25 августа заработает полный запрет и выручка поедет вниз. Гасить или рефинансировать долг придётся в тот момент, когда бизнес выглядит слабее, чем год назад. А чем слабее бизнес, тем дороже для него новые деньги. Занять снова, но уже под более высокий процент, это возможный, но самый тяжёлый сценарий.

Какое решение стоит перед менеджментом

Это не ситуация, где есть один правильный ход. Это развилка, где каждый вариант чем-то платит. Разберём по очереди, что реально может сделать топ-менеджмент.

Резать парк. Часть самокатов из городов с жёстким запретом можно вывезти или списать, чтобы не платить за простаивающее железо. Минус в том, что парк куплен на заёмные деньги, и сокращать актив, под который взят долг, больно вдвойне.

Уходить за границу. Jet это уже делает. Оборот группы по всем странам вырос втрое, с 7,4 до 20 млн долларов, компания работает в Грузии, Узбекистане, Беларуси и заходит в Бразилию с планом на 200 тысяч самокатов. Когда домашний рынок прижали, экспансия перестаёт быть амбицией и становится способом заместить выпадающую казахстанскую выручку. Минус в том, что новые рынки это опять расходы и опять деньги вперёд.

Продавать франшизу. У Jet есть отдельный сайт для запуска кикшеринга по франшизе. Это перекладывание риска: сам оператор перестаёт вкладываться в железо на сжимающемся рынке и продаёт модель тому, кто возьмёт риск на себя. Быстрых денег на обслуживание долга это почти не даёт.

Поднимать цену. Логично добрать выручку с оставшихся лояльных клиентов. Но самокат на проезжей части в шлеме это уже не импульсная поездка за копейки, и слишком резкий рост тарифа добьёт спрос быстрее самого закона.

Давить на инфраструктуру. Велодорожка теперь единственная легальная территория самоката, поэтому компании будут лоббировать их строительство. CEO Jet Мусалав Алибеков уже прямо говорит, что городам нужна инфраструктура, а решения надо принимать на данных, а не на эмоциях. Только велодорожки строятся годами, а долг гасить в этом.

Ещё одна трещина: номера, которые срывают

К списку забот добавьте контроль. Номера на прокатных самокатах сделали не металлическими табличками, а наклейками, и они уже потрёпанные и с надорванными краями, сорвать или подменить несложно. Для государства это дыра в контроле. Для компании это новая статья расходов: печатать, клеить, менять сорванные и отвечать за них перед МВД. Мелочь на фоне долга, но она хорошо показывает, что новые обязанности операторов это всегда деньги, а не строчка в законе.

Частые вопросы про новый закон и самокаты

Что меняется для электросамокатов с 25 августа 2026 года?

С 25 августа в Казахстане запрещается движение электросамокатов по тротуарам и пешеходным дорожкам. Ехать можно будет по велодорожке, а при её отсутствии по правому краю проезжей части. Движение по проезжей части разрешено только лицам старше 18 лет, имеющим водительские права любой категории и защитный шлем.

Какой штраф за езду на самокате по тротуару?

За движение по тротуару предусмотрен штраф в размере 2 МРП, это 8 650 тенге. Для автоматической фиксации нарушений с 1 июля 2026 года на все прокатные самокаты наносят регистрационные номера.

Сколько зарабатывает Jet и какие у него долги?

По отчётности на бирже AIX, выручка Jet за январь-июнь 2025 года составила почти 4,6 млрд тенге при росте 77%, чистая прибыль 374,5 млн тенге. При этом обязательства выросли на 52%, до 5,4 млрд. У компании размещены зелёные облигации на 3 млрд тенге под 20,75% с погашением в декабре 2026 года и на 10 млн долларов под 10% с погашением в 2029 году.

Как новый закон повлияет на кикшеринг?

Закон бьёт по числу поездок: отсекает массового клиента без прав и шлема и лишает самокаты тротуара. Поминутная выручка при этом падает, а долговая нагрузка и расходы остаются прежними. Это создаёт давление на прибыль ровно в тот период, когда компаниям предстоит гасить или рефинансировать облигации.

Что будет делать бизнес дальше?

Основные варианты: сокращение парка, экспансия на зарубежные рынки, продажа франшизы, повышение тарифа и лоббирование велоинфраструктуры. Каждый вариант имеет свою цену, и однозначно выигрышного среди них нет, поэтому решение для менеджмента сложное.

Вместо вывода

Самокаты с улиц не исчезнут, кикшеринг слишком удобен, а пробки без него растут, прошлой осенью при остановке сервисов они доходили до 11 баллов. Но бизнес-модель точно станет другой: меньше поездок, выше цена, больше веса у заграницы и франшизы. Кто-то из мелких операторов с такой долговой нагрузкой этого не переживёт, а лидеры перестроятся. Мы в Invest Hub разбираем такие бизнес-решения и считаем их на цифрах компании, а не на эмоциях. Новые разборы выходят в нашем Telegram-канале @investa_kz, подписывайтесь.

Invest Hub это площадка о готовом бизнесе и коммерческой недвижимости Казахстана: на investa.kz мы публикуем проверенные объекты и разбираем экономику бизнеса.

Материал носит информационный характер и не является инвестиционной или юридической рекомендацией. Данные из открытых источников на 8 июля 2026 года. Оценки автора о возможном падении числа поездок носят предположительный характер и не являются прогнозом финансовых результатов конкретной компании.