Чужая полка
За обычный день предприниматель проходит через кассы пяти или шести фамилий из первой десятки Forbes. Разбираю карту крупного капитала Казахстана: кто владеет торговыми центрами, полками в магазинах, заправками и правами на знакомые вывески, какие фамилии появились в списках впервые и что из этого следует для владельца одной точки.
Посчитайте, скольким людям вы заплатили вчера.
Заправились по дороге: деньги ушли либо семье Сарсеновых, либо структурам Тимура Кулибаева, смотря какая вывеска стояла на въезде. Зашли за продуктами в Magnum: это Азамат Османов и Илья Кириченко. Оплатили картой: Вячеслав Ким и Михаил Ломтадзе. Заехали в торговый центр: там уже Нурлан Смагулов, или тот же Кулибаев, или семья Мукашевых, в зависимости от того, в какой ТРЦ вы свернули.
За обычный день, не выходя из своего района, человек проходит через кассы пяти или шести фамилий из первой десятки списка Forbes. Я пересчитал дважды, надеясь, что ошибся. Меньше не получилось.
Я всегда понимал это в общих чертах, но никогда не смотрел на карту целиком. Захотелось разобраться, кто эти люди, откуда у них деньги и что из этого следует для человека, который держит одну точку и платит аренду.
Сколько это в деньгах
8 мая 2026 года Forbes Kazakhstan опубликовал рейтинг 75 богатейших бизнесменов страны. Совокупное состояние участников списка: $60,84 млрд.
Годовой ВВП Казахстана за 2025 год, по данным правительства, составил $305,9 млрд.
То есть капитал 75 человек равен примерно пятой части того, что страна производит за год. Сравнение грубое: состояние это накопленный за тридцать лет капитал, а ВВП это поток за двенадцать месяцев, и складывать их напрямую некорректно. Но масштаб оно показывает верно.
Первая пятёрка списка выглядит так:
- Вячеслав Ким, Kaspi.kz: $7,8 млрд
- Владимир Ким, KAZ Minerals: $5,9 млрд
- Тимур и Динара Кулибаевы, Halyk Bank: по $5,4 млрд
- Булат Утемуратов, ForteBank: $5,4 млрд
- Тимур Турлов, Freedom Holding: $5,2 млрд
Дальше интереснее, чем просто список фамилий. Капитал в Казахстане собирался тремя волнами, и от того, в какой волне поднялась группа, зависит, встретите вы её в своей работе или нет.
Волна первая: недра
Первые состояния собрали на приватизации советских комбинатов в середине 1990-х.
Eurasian Resources Group выросла из этой волны: Александр Машкевич, Алиджан Ибрагимов и Патох Шодиев консолидировали феррохром, железную руду и алюминий, вывели компанию на Лондонскую биржу в 2007 году и увели обратно в частные руки в 2013-м. Государству в группе принадлежит 40%.
Владимир Ким тем же путём получил медный комплекс Жезказгана и Балхаша, из которого позже выросли Корпорация «Казахмыс» и публичная KAZ Minerals.
Для владельца пекарни или автомойки эти компании существуют где-то на другой планете. Но деньги оттуда никуда не улетели: они пришли в город. Из горнорудных прибылей выросли банки, торговые центры, сети заправок и жилые кварталы, в которых наш читатель снимает помещение и платит эквайринг.
Первая волна сделала капитал. Вторая купила на него город.
Волна вторая: город
Здесь начинается всё, что предприниматель видит своими глазами каждый день.
Тимур и Динара Кулибаевы. Halyk Bank, крупнейший банк страны, контролируется через холдинг «Алмэкс». Но нашему рынку эта группа больше знакома другой стороной: через компанию Mercury Properties семья держит свыше 1 млн кв. м коммерческой недвижимости в Алматы, Астане, Атырау, Актобе, Актау, Шымкенте и Дубае. В этом списке ТРЦ Keruen и KeruenCity в Астане, Forum Almaty, «Спутник», Promenade, «Зелёный базар», «Пассаж», бизнес-центры Emerald Tower и Almaty Towers. По рейтингу рантье Forbes Kazakhstan это второе место в стране. Плюс доли в сетях заправок Qazaq Oil и GasEnergy.
Булат Утемуратов. Капитал заложен продажей АТФБанка итальянцам в 2007 году и блокпакета «Казцинка» государству в 2013-м. Сегодня ядро группы это ForteBank, который в декабре 2025 года закрыл покупку Home Credit Bank Kazakhstan. Плюс офисная недвижимость: Talan Towers в Астане, Park View Office Tower и Prime Business Park в Алматы. Отели Ritz-Carlton в Астане и Rixos в Боровом.
Нурлан Смагулов. Единственная в списке группа, чей бизнес читатель встречает буквально каждую неделю. Astana Motors это дистрибуция автомобильных марок, собственные заводы и дилерские центры по стране, выручка за 2024 год 1,18 трлн тенге. Вторая половина группы это сеть торговых центров MEGA в Алматы и Астане, сейчас в столице строится четвёртый.
Тут стоит остановиться, потому что дальше пойдёт ровный список, а в нём легко потеряться.
Смотрите, что общего у всех трёх групп. Ни одна из них не держит кофейню, барбершоп, автомойку, детский центр или пекарню. То есть ровно то, что чаще всего покупают и продают на рынке готового бизнеса. Они держат место, под которое эта кофейня арендуется. Топливо, на котором она возит сырьё. Банк, через который проходят её платежи.
Большой казахстанский капитал малому бизнесу не конкурент. Он ему арендодатель.
Кто держит то, что вы арендуете
Разложим по отраслям, потому что именно здесь предприниматель встречается с крупным капиталом лицом к лицу.
Торговые центры. Топ-20 владельцев коммерческой недвижимости страны контролируют 71 объект общей площадью 1,5 млн кв. м, и 74,8% этих площадей приходится на торговые и торгово-развлекательные центры. MEGA это Смагулов. Keruen, KeruenCity и Forum Almaty это структуры Кулибаева и его партнёров. Dostyk Plaza в Алматы и Shymkent Plaza это Серик Толбасы, который в 2024 году упаковал их в первый в стране REIT на площадке МФЦА. Aport на западе Алматы это семья Мукашевых. Esentai Mall это Сержан Жумаш вместе с Кайратом Боранбаевым.
Полки в магазинах. Magnum Cash & Carry это больше 200 магазинов в 14 городах, владельцы Азамат Османов и Илья Кириченко. Основатель Александр Гарбер вышел из капитала в марте 2021 года. Сети Small и Skif принадлежат ТОО «Скиф Трейд», которое с 2026 года работает ещё и как франчайзи нидерландского SPAR. Galmart это Галина Зкрияева.
Заправки. Helios принадлежит семье Рашита Сарсенова. Qazaq Oil, бывшая розничная сеть КазМунайГаза, после приватизации ушла к структурам Тимура Кулибаева и Данияра Абулгазина: 364 станции по данным на апрель 2024 года. Sinooil делят Абулгазин, местные партнёры и китайская CNPC. Compass это Kusto Group Еркина Татишева, младшего брата банкира Ержана Татишева, убитого в 2004 году.
Франшизы. KFC, Pizza Hut, Hardee's, Costa Coffee и Krispy Kreme в Казахстане держит один оператор, кувейтская Americana Group: больше сотни ресторанов. Starbucks это тоже кувейтский капитал, Alshaya Group. Burger King в марте 2025 года сменил хозяина: франшизу у Верного Капитала выкупила инвестгруппа Holten Group, среди акционеров которой Алмас Султангазин, сооснователь Sulpak. Магазины Zara и остальных марок Inditex после ухода саудовского франчайзи компания забрала под собственное управление.
Отдельно про мастер-франшизы международных сетей: почти все они не казахстанские. Права на большинство знакомых вывесок держат кувейтские и турецкие холдинги, а не местные группы.
Волна третья: касса
Последние пятнадцать лет капитал в стране растёт уже не из недр и не из недвижимости, а из платежей и данных.
Kaspi.kz это Вячеслав Ким, Михаил Ломтадзе и фонды Baring, у каждого примерно по пятой части компании. Капитализация на Nasdaq около $16,3 млрд. Через Kaspi Магазин группа контролирует и Kolesa Group, то есть площадки Kolesa.kz и Krisha.kz, где ищут коммерческие помещения примерно все, кто их вообще ищет.
Freedom Holding Тимура Турлова начинался как брокер, а сегодня это банк, страхование, телеком, билеты, авиаперелёты и продуктовый сервис Arbuz.kz.
BI Group Айдына Рахимбаева строит примерно всё, что строится: выручка застройщика за 2025 год выросла до 1,06 трлн тенге.
У этой волны есть свойство, которого не было у первых двух. Первые собирали активы, а эти собирают поток. Через один платёжный контур проходят выручка, кредит, реклама и объявление о продаже того самого бизнеса. Для предпринимателя это означает, что комиссия площадки становится такой же статьёй расходов, как аренда, и меняется она тоже не по его решению.
Живой пример: как это ломается
Самая показательная история последних лет не про рост, а про потерю.
Кайрат Боранбаев шестнадцать лет вёл переговоры о франшизе McDonald's и открыл первый ресторан в Астане в 2016 году. В 2022-м против него возбудили уголовное дело, через год приговорили за растрату и легализацию средств. Осенью 2023-го он добровольно передал государству ТРЦ «Алма-Лы», комплекс Unity Hall и сеть фитнес-клубов Fitnation, всё вместе на 33,75 млрд тенге. Ещё через месяц срок заменили ограничением свободы.
Тогда же McDonald's ушёл из страны, а рестораны переоткрылись под собственным брендом I'm.
Сам Боранбаев потом описал результат так: «Мы по итогу первого года вышли минус почти три миллиарда тенге. Самое сложное: моральное состояние сотрудников».
Сеть работает до сих пор, к марту 2025 года открылась 25-я точка. Esentai Mall, вопреки распространённому мнению, у него остался: государству ушли другие активы.
Эта история показывает, что верхний этаж не защищён от того же, от чего не защищён нижний. Ушёл бренд, обвалилась выручка, и человек с миллиардным состоянием разбирается с теми же вопросами, что владелец одной точки: чем платить людям и что говорить команде.
Карта меняется быстрее, чем кажется
Ещё пять лет назад казалось, что список владельцев в Казахстане застыл навсегда. Последние полтора года это опровергают.
В конце декабря 2025 года Владимир Ким и Эдуард Огай продали Корпорацию «Казахмыс» Нурлану Артыкбаеву, основателю строительной Qazaq Stroy. Сумму официально не назвали, независимые оценки расходятся от $2 млрд до $4 млрд.
В мае 2026 года бизнесмен Шахмурат Муталип закрыл покупку 39,3% Eurasian Resources Group у Патоха Шодиева и наследников Александра Машкевича. Машкевич умер в марте 2025 года, и это запустило передел внутри группы.
Обе фамилии, Артыкбаев и Муталип, в рейтингах пятилетней давности не встречались вовсе.
Параллельно работает механизм возврата активов государству. По отчёту Генпрокуратуры от марта 2026 года, фактически возвращено 1,076 трлн тенге, из них деньгами 968,5 млрд. Заключено больше 70 соглашений о добровольном возврате, в управляющую компанию передано 270 объектов.
И третья линия: государство само по себе крупнейший собственник в стране. Активы фонда «Самрук-Казына» на конец 2025 года достигли 44,2 трлн тенге, порядка $88 млрд. Это около 29% годового ВВП страны.
Где в этой картине место малого бизнеса
Доля малого и среднего бизнеса в ВВП по итогам 2025 года составила 40,9% против 33,5% в 2021-м. Это официальная цифра, её в июле 2026 года назвал вице-премьер Серик Жумангарин.
Цифра растёт, и растёт быстро. Но выше по тексту видно, из чего именно она складывается. Малый бизнес занял те этажи, куда крупные группы не идут: услуги, общепит, розница в одном помещении, ремонт, образование, всё, что требует ежедневного присутствия человека и не масштабируется до миллиарда.
Крупный капитал в такую операционку не заходит по простой причине: она не окупает управленческого внимания. Держать сеть из 200 супермаркетов выгоднее, чем сто кофеен, потому что кофейня требует хозяина на месте, а супермаркет требует системы.
Отсюда получается вполне рабочее разделение. Группы владеют местом, полкой, топливом и платежом. Предприниматель владеет тем, что происходит внутри места.
Проблема одна: условия, на которых он туда заходит, пишет не он.
Что с этим делать
Вернёмся к тому дню, с которого начали.
Пять или шесть фамилий, через кассы которых человек проходит за сутки, никуда не денутся. Но когда вы смотрите бизнес на покупку, полезно считать не только его собственные цифры.
Посмотрите, кому принадлежит помещение и на сколько лет заключён договор аренды. Через какую площадку идут заказы и какая у неё комиссия сегодня. От какого дистрибьютора зависит поставка. Кто хозяин трафика, который приводит клиентов.
Ни одна из этих строчек не попадает в отчёт о прибыли, но вместе они определяют, сколько эта прибыль проживёт. Точка с оборотом 3 млн тенге в чужом торговом центре стоит ровно столько, сколько стоит её договор аренды.
Полка почти всегда чужая. Вопрос только в том, знаете вы условия аренды заранее или узнаёте их в день продления.
Отдельно про источники. Состояния и рейтинги здесь взяты из публикаций Forbes Kazakhstan за 2025 и 2026 годы, данные по МСБ и ВВП из заявлений правительства и Бюро национальной статистики, сделки последних двух лет из сообщений Kursiv и Forbes. Структура владения крупными группами в Казахстане раскрывается не полностью: часть холдингов частные и отчётность не публикуют, часть активов оформлена через иностранные юрисдикции. Там, где данные расходились, я брал более свежий и более прямой источник, но полной картины по некоторым группам в открытом доступе просто нет.
Вопросы и ответы
Кому принадлежат крупнейшие торговые центры Казахстана?
Сеть MEGA в Алматы и Астане принадлежит Нурлану Смагулову, владельцу Astana Motors. Торговые центры Keruen, KeruenCity и Forum Almaty связаны со структурами Тимура Кулибаева и его партнёров. Dostyk Plaza и Shymkent Plaza принадлежат Серику Толбасы, Aport в Алматы семье Мукашевых, Esentai Mall Сержану Жумашу и Кайрату Боранбаеву. По данным рейтинга Forbes Kazakhstan, топ-20 владельцев коммерческой недвижимости страны контролируют 71 объект общей площадью 1,5 млн кв. м.
Кто владеет сетью Magnum?
Magnum Cash & Carry принадлежит Азамату Османову и Илье Кириченко. Основатель сети Александр Гарбер вышел из капитала в марте 2021 года. У сети больше 200 магазинов в 14 городах. С Kaspi.kz Magnum связывает совместный проект в электронной торговле, но доли в самой сети у Kaspi нет.
Кому принадлежат сети заправок в Казахстане?
Helios принадлежит семье Рашита Сарсенова. Qazaq Oil, бывшая розничная сеть КазМунайГаза, после приватизации перешла к структурам Тимура Кулибаева и Данияра Абулгазина. Sinooil делят Абулгазин, местные партнёры и китайская CNPC. Сеть Compass принадлежит Kusto Group Еркина Татишева.
Кто самый богатый бизнесмен Казахстана в 2026 году?
По рейтингу Forbes Kazakhstan от 8 мая 2026 года первое место занимает Вячеслав Ким, сооснователь Kaspi.kz, с состоянием $7,8 млрд. За ним идут Владимир Ким ($5,9 млрд), Тимур и Динара Кулибаевы (по $5,4 млрд), Булат Утемуратов ($5,4 млрд) и Тимур Турлов ($5,2 млрд). Совокупное состояние всех 75 участников рейтинга составило $60,84 млрд.
Какая доля малого и среднего бизнеса в экономике Казахстана?
Доля МСБ в ВВП Казахстана по итогам 2025 года составила 40,9% против 33,5% в 2021 году. Цифру в июле 2026 года назвал вице-премьер и министр национальной экономики Серик Жумангарин. Малый бизнес занимает те ниши, куда крупные группы не идут: услуги, общепит, розница в одном помещении, ремонт и образование.